5 ОбрСпн г. Марьина Горка *** Неофициальный сайт *** -


Если не будет официальной поддержки у сайта, со стороны бригады, есть ли смысл существовать ?

Результат опроса Результаты
Все опросы нашего сайта Архив опросов
Всего голосовало: 1522
Обсудить на форуме

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0


» Зарегистрировано

Всего: 1077
Новых за месяц: 3
Новых за неделю: 0
Новых вчера: 0
Новых сегодня: 0

» Из них

Парней: 973
Девушек: 104

Главная » Статьи »


Абчаканский караван 25 лет спустя. Воспоминания командира разведывательной группы (РГСпН-424). Часть 2
16:38
BelArmy.by и 5obr-spn.ru продолжает публикацию рассказа Абчаканский караван 25 лет спустя. Воспоминания командира разведывательной группы (РГСпН-424). С первой частью рассказа можете ознакомиться тут

Информация

Лично я не занимался сбором информации о расположениях и передвижениях духовских бандформирований. Командование батальона просто ставило задачу командирам рот и командирам групп. Об источниках информации нам никто не сообщал. Для примера, не помню такого случая, чтоб моя группа или  моя рота  добилась результата по наводке афганского ХАДа(аналог КГБ). Думаю, что результативная информация проходила через ОАГр и от местных источников.


На афганских тропах

Вы, наверное, слышали такое понятие: «Кинжальный огонь»? огонь по врагу (из засады) РГСпН открывает внезапно, с близкого расстояния. Огонь — массированный и точный. Если банда или караван духов заступали в сектор обстрела, командир РГСпН давал команду на уничтожение. В ночное время, как правило, это был пуск первой осветительной ракеты. Почти сразу же запускались ещё несколько таких ракет. Чтоб подсветить местность. И вся группа начинала «молотить» из всех стволов. Необычайно грозное и очень впечатляющее зрелище! Кому из врагов повезёт ускользнуть? Маловероятно… После первых 3-х минут такого боя разведывательная группа переходила на редкие очереди.

Октябрь-ноябрь 1987г. Лейтенант Е.Барышев в дверях расположения своей 4-ой группы тяжелого оружия.


Следующим этапом был досмотр и добивание противника.  В ночное время часто проходил вместе с прибывшей бронегруппой. Днём — действовали по ситуации.

Если РГСпН «била» противника в светлое время суток, по интенсивности её огонь был точно такой же. Только без красочного фейерверка осветительных ракет.

Вы спрашиваете про первого уничтоженного душмана.  Какая тут могла быть нумерация?»

Неоспоримые правила разведки

Я бы сказал, что были тогда, есть и сейчас неоспоримые правила разведки, которых нужно придерживаться. Если, конечно, хотите выполнить свою боевую задачу, и желаете выжить.

Самая главная примета, это напутствие перед боем. Когда в расположении ППД в строю перед самым выходом разведгрупп комбат или его заместитель говорил: «Ни пуха, ни пера!»,  каждый разведчик отвечал: «К чёрту!» Это был боевой настрой воинов. После этих слов разведчики как бы заряжались особой энергетикой и готовы были вести бой с любым превосходящим противником. Поэтому основной тост  воинов-спецназовцев звучит так: «За удачу!» У СПЕЦНАЗа ГРУ она была часто. Разведчики воевали на чужой территории и в непосредственном соприкосновении с противником. Дерзость разведчиков и Удача стояли в едином строю.

Есть у разведки такой закон: «Каждый разведчик имеет право Голоса». Но решение принимает командир. Он берёт на себя ответственность за свою разведгруппу, за каждого своего человека.

«Разведчик два раза по одному месту не ходит«. Бывали случаи, когда духи минировали те места, где раньше уже сидела разведгруппа в засаде  и сделала результат. на одно и то же место… дважды — группы не садились. Для примера приведу два случая. Однажды в горах (севернее ущелья Дубандай) пришлось садиться там, где уже была «войнушка». Не знаю, кого там били. Но на той горе (отм. 2901, северо-восточнее н.п.Чинари) было много гильз. Однако район пребывания не давал иной возможности расположить группу. Пришлось тщательно проверять нужное место на предмет его заминирования. Этот случай был исключением из правил.

И еще один пример: нам приказали занять определённую гору (отм. 2231). Когда лезли вверх, я обнаружил мину. Вывод напрашивался сам – скорее всего, высота заминирована. разведгруппа перешла на соседнюю вершину, ближе к кишлаку Дехи-Манака (восточнее ущелья Вагджан). Дороги и тропы просматривались. В тот раз мы никого не потеряли.

«По одному не ходить» – во враждебном окружении просто необходимо  друг друга подстраховывать и прикрывать.

«Сам погибай, а товарища выручай«— старый суворовский принцип. Это уже проверка на прочность духа и просто человеческих качеств. После таких сложных ситуаций люди, до того малознакомые друг с другом, становились боевыми братьями.

Мнение о воинах-афганцах.

Бывает, что «афганец» – «афганцу» рознь.

Ничего не имею против тех, кто служил на теплых тыловых базах и складах. Не против службы военных клерков и администраторов. У них была своя работа. Каждый мог получить шальную пулю или подорваться на мине. Но извините – служба службе рознь.

1. РГ-424 на дневке в заброшенном кишлаке. В районе развалин у кишлаков Калабахадур, Тандан. Группу дополняли личным составом из РГ-421. Октябрь-ноябрь 1987г. Командир РГ-421 л-т Владимир Шелогуров (слева, он ходил вторым номером), командир РГ-424 л-т Евгений Барышев (справа). Слева от них располагаются разведчики РГ-424.

Совсем тошно, если какой-то прохвост, продававший консервы, мыло, топливо, шмотки местным афганцам заводит разговор про «свои» небывалые подвиги. Еще тошней, когда какой-нибудь неправильный режиссер снимет кино – типа блокбастера о неизвестно каких воинах на неизвестно какой войне, но при этом обязательно упомянет про Афганистан.

С точки зрения Истории это аморально, даже преступно! Перед людьми, перед будущими потомками – выдавать ложь за действительность! При этом извращается роль настоящих бойцов, воинов, которые участвовали в реальных боевых действиях».


Нелегкое начало

Никто не послал бы сразу вновь прибывшего лейтенанта с разведгруппой на войну. Вспомните главное правило: «Самое большое преступление командира — это послать необученного солдата в бой«. А все, кто впервые попадал  в Афганистан, по сути, были  необученными и не опытными воинами.

Поэтому «новеньких» офицеров «обкатывали» в соседних разведгруппах. Они ходили вторым номером у опытного командира группы, а практически в роли рядового разведчика. Потому что в группе уже был штатный заместитель командира группы из числа опытных сержантов.

После, примерно, трёх рядовых выходов, желательно в разных районах, а также после теоретических уроков бывалых командиров, предстоял самостоятельный выход. Молодых солдат тоже «обкатывали» потихоньку, только не всех сразу в одну группу.


Первый  выход…

Разведгруппа СпецНазначения № 424 (4-й отряд, 2-я рота, 4-я группа). На 90% она состояла из солдат, сержантов  моей штатной группы. Нужное количество добиралось из числа разведчиков других групп. Формирование РГСпН — свободное, на усмотрение её командира. Я мог сформировать состав группы хоть 50% на 50% :  половина — из моей штатной группы( 4-я, 2-й роты), плюс  другие.  Условно говоря, «424-я» — это группа тяжелого оружия 2-й роты. По штату за ней числились: автоматические 30-мм гранатомёты АГС-17 «Пламя», крупнокалиберные пулемёты НСВС «Утёс», огнемёты «Шмель». На выход мы отправлялись по уже «накатанной» штатной схеме.  Вооружение  было примерно такое: АГС-17(или «Утёс») — 1 ед., пулемётов ПКМ — 3 ед., огнемёт «Шмель» — 1 ед., подствольных гранатомётов ГП-25 «Костёр» — 3 ед.,  АПБ(автоматический пистолет Стечкина бесшумный) — 1 ед., три 7,62мм автомата с ПБС, гранатомёты «Муха». Все, кроме пулемётчиков(ПКМ), были вооружены  автоматами. Четыре радиостанции для внутренней связи Р-392. Плюс один связист придавался группе из роты связи.   Всего 18 человек.

… Первый выход обещал быть легким. У командования отряда были такие задумки. Район нетрудный, пересеченность местности небольшая, от ППД недалеко (до 20 км)… Но про «легкость» на выходе никогда не стоит говорить, даже думать об этом не надо…

Первую ночь просидели в засаде с левой стороны от автомагистрали Кабул-Гардез. Тропы и русла располагались поперек дороги и шли до самой трассы (направление н.п. Чаунай-н.п. Наве-Кала-н.п. Бедак). А продолжались с другой стороны дороги. Когда-то у тех развалин отряд бил первые караваны. До прихода спецназа духи, что дурные, «пёрли» по этим тропам и ничего не боялись. Пока их не начал бить спецназ. Со временем духи нахватались опыта и стали гораздо хитрее. В тех местах, где их «громили», они начали ставить мины. В свою очередь наши минёры вели свою войну, расставляли советские мины. Минная обстановка была такой, что вдоль дороги было понатыкано много мин: и наших и духовских.

Командир РГСпН, посоветовавшись с сержантами(все дембеля, что дорогого стоило), решил перейти дорогу и выдвинуться к тропам, которые вели в н.п.Бараки(задумка командования была такой  — больше работать с правой стороны от дороги). Предварительно перед наступлением темноты и перед движением, разведчики сидели в русле и рассматривали карту. По карте уточнялся маршрут. Особое внимание командир РГСпН обратил на минные поля, отмеченные нашими минёрами на карте. «Мы эту местность хорошо знаем. Ходили здесь не раз. Вон там «били» банду» —сержант Гена Дианов махнул рукой в сторону кишлака Бедак . «Подойдем ближе к Баракам, там больше вероятность «зацепить» банду. Будем придерживаться вот этого русла»— поставил задачу командир РГСпН. Сказано — сделано. Наступили сумерки. А ночь выдалась, как назло, очень темной. «Не видно ни зги». Шли буквально на ощупь. И, как показалось командиру, начали забирать правее от русла… Но пришла успокаивающая мысль: «Надеюсь, Гена Дианов  и Игорь Зобнин, знают, куда надо идти.» Легкий шорох ног в темноте и только тон-сигналы в наушниках  радиостанций у сержантов…

И вдруг…Взрыв! Тишина была прервана яркой вспышкой. «Раненые!»— кто-то крикнул из головного дозора, — «Всем стоять на месте! Мины!»

Командира группы, лейтенанта, как будто по голове глушанули. Надо же такое случиться! Именно с ним и на первом выходе! Лейтенант подбежал к головному дозору. Сержанты перевязывали раненых. Убитых нет, вроде все живые. Пока разбирались с ранеными, подъехала бронегруппа. В первую очередь на броню загрузили раненых. Пока ехали в ППД, офицер ЦБУ вызвал вертушки из Кабула на госпиталь. Раненые были только из головного дозора.  Бог миловал,  — все четыре человека «словили» нетяжёлые ранения. Игоря Зобнина рубануло осколком в мягкую мышцу плеча, его отправили в Кабульский госпиталь на вертушке, думали что-то серьёзное. Три человека в мягкие части тела: бедро, ягодица, плечо. Они остались в ППД. По всей видимости, мина была американская. Потому что наши мины были гораздо убойнее.

Лето (июнь) 1987г. РГ-424 в районе за ущельем Вагджан . Западнее кишлака Мулла-Бахадур. Первый ряд: слева мл.с-т Чубаров, второй командир группы 424 л-т Е.Барышев. Второй ряд: ряд. Олег Шевкунов (кличка «Старый»), ниже второй ряд. Ваня Лагутин.


Но лейтенанту от этого было не легче! Стыдно,  …,  досадно, места себе не находил! А тут ещё всех раненых поселили в палатку 4-й группы. Медсестра из медпункта приходила их перевязывать.

Лейтенат ждал «разборов полёта». «Всё — это конец!» Тучи сгущались, ходили разные разговоры среди офицеров на ЦБУ.  А командир группы даже не мог зайти в свою палатку. Как ненужный кусок мяса стоял он между своей мазанкой и палаткой старшины. Мимо него прошёл замкомбата капитан Воробьёв В.Ф. Он шёл к командиру нашей роты: «Потом, потом…» Даже странно…»Не трогайте лейтенанта…»— послышалось сквозь гул в ушах молодому офицеру. Меня никто не отчитывал! Это был серьёзный психологический ход!

…Ко мне подошёл сержант Гена Дианов, мой заместитель, старший головного дозора: «Товарищ лейтенант, хочу с вами поговорить». Вот тогда у меня и состоялся очень важный в моей воинской жизни разговор. Помню только спокойный тон немного заикающегося сержанта: «Запомните, товарищ лейтенант, на войне как на войне иногда стреляют!» И объяснил мне, что это за война. «А сегодня нам повезло. Все остались живыми». Мне, лейтенанту было очень стыдно. Самое главное, что я боялся потерять доверие своих солдат. Кто пойдет на войну с таким командиром, которому не доверяют подчиненные?

«Лучше бы я был вместо них в дозоре».  Командир группы сделал для себя очень важный вывод: «Воевать и жить нужно по совести, так чтобы впоследствии не было стыдно за свои действия. Даже если на пути человеческом появляется испытание ценою в жизнь.»

И, точно в ответ на такие мысли, вот какие, важнейшие для него слова, он услышал от своего сержанта: «Мы с вами ещё повоюем!» Услышанное как бы давало ДОБРО на мою дальнейшую службу в  афганском спецназе. Уверен, что замкомбата и офицеры роты прислушивались к мнению наших сержантов. Их оценка для командования была весьма значимой. Бывало и такое, что старослужащие сержанты, солдаты могли существенно повлиять на дальнейшую судьбу командира. Одна только оброненная фраза: «Мы боимся и не хотим с этим офицером ходить на войну» могла отправить недобросовестного офицера из спецназа в другие рода войск.

…Впереди лейтенанта ждали  иные испытания…

Мл. сержант Игорь Зобнин на 2-й день сбежал из госпиталя и на почтовой вертушке вернулся в родной отряд.

— Скучно там. Не для меня такая жизнь, — услышали мы его слова.

Война…наша работа

Разведотряд в составе двух разведывательных групп (РГСпН № 424  и 423) по приказу командования был направлен в район н.п. Мазгин для проведения поисково-засадных действий. Район не обещал ничего хорошего. Ведь это был выход из ущелья Сурхоб (второе название Сурхаб), где начинался базовый духовский район (по разведсводкам — до 1000 – 1500 чел.). Там в пещерах у них было всё для войны. Советскими войсками здесь операции не проводились. Только авиациия бомбила иногда. И вертолётчики в стороне летали от этого маршрута.

… А ещё эта фраза,  выроненная замкомбата при постановке задачи: «Нам нужны хотя бы… трупы…(духовские имелись ввиду)».  Она как-то очень нехорошо резанула ухо и запала в голову командира новоиспечённого отряда…  У меня, командира разведотряда ( РОСпН №420), появилось плохое предчувствие.  Лёгким холодком пахнуло по спине…

…За несколько дней до этого… к мятежникам в плен попал солдат из нашего батальона. Его решили обменять на любого духа: живого или мёртвого. Убитый «моджахед» тоже годился( для последующего захоронения его «соратниками»). На подобный обмен душманы тогда соглашались…

В то время по замене к нам прибыл Юра Орехов — новенький лейтенант на должность командира 2-й роты. В качестве разведчика решили «обкатать» его на боевом выходе. Чтоб представление имел о нашей войне, о засадных действиях в условиях Афганистана…

Ночью мы ходили по району, даже у самого выхода из ущелья. Поставили на тропе мины. Нужно было срочно прятаться на дневку в таком месте, чтобы контролировать тропу и идущих по ней духов, если таковые объявятся.

Разведотряд расположился в заброшенном кишлаке, недалеко от тропы. Головной дозор группы из четырёх человек расположился в разбитом дувале ближе к ущелью, метрах в 80-ти от основных сил. «Духи идут,»—  услышали мы по радиостанции мл.сержанта Володю Коргуна из «головняка». Подпустили их, завязался бой. Обстановка сложилась так, что отряд окружили. Душманы вели огонь с трех основных направлений. Командир отряда расположил подчиненных по секторам обстрела. С одного направления духи пошли цепью, в полный рост. Наверное, были обкуренные. Возникла необходимость  в срочной эвакуации головного дозора, потому что их развалины хорошо пристреливались духами. Быстрее вытянуть из дувала головной дозор и расположить  в районе обороны основного состава  отряда! Но для начала нужно было развернуть тяжелое оружие. Пулемет НСВС «Утес» на пригорке начал разворачивать ряд. Ваня Лагутин(белорус). Ему помогал помощник пулеметчика ряд.Ибадов(таджик). Командир отряда был рядом с ними на подстраховке. Пули летели совсем рядом. Молодые солдаты не испугались! В это же время в кишлаке на крыше развернули АГС-17. Командир отряда этого не видел. Потому что был занят своей войной. По расчёту «Утеса» стреляли духи и не давали бойцам сосредоточиться. Командир стрельбой из своего автомата прикрывал Ваню Лагутина. Напротив пулеметного расчета, на  другом пригорке, метрах в 100 примерно, душман выстрелил из гранатомета по командиру. Граната пролетела над головой. Патроны в магазине у лейтенанта закончились, и он закричал: «Ваня, прикрой!» Ваня только успел зарядить ленту в «Утес» и пустил первую очередь из пулемета по духу. Душман выстрелил по офицеру второй раз. Вторая граната пролетела еще ниже, был слышен её шорох. Чуть-чуть не хватило… Сантиметров 20.  У Вани Лагутина заканчивается лента: «Командир, прикрой!» Ибадов помогает зарядить вторую. Лейтенант стреляет в духа, уже вкатившего третий «снаряд» в ствол гранатомета РПГ-7. Автоматная очередь не даёт ему прицелиться. Живучий, гад!  — Не дать духу стрельнуть в третий раз! Общими усилиями как-то «загасили»…

Декабрь 1986г. Досмотровая группа от 2-ой роты ждет вертушки на вертолетной площадке рядом с кишлаком Вуни-Суфла. По всей видимости, собрались срочно, после построения. Потому что на голове солдатские шапки. Обычно на выходы ходили без кокард, или в подшлемниках (вместо шапок). Слева-направо: л-т Евгений Барышев, л-т Павел Корчака (погиб 20.04.1987г.), ряд Юсупов, серж. Гена Дианов, м.с-т Георгий Пасахович, ряд.Чубаров, ряд. Рыжкин.


Но, самое главное испытание у лейтенанта и его разведотряда было ещё впереди. — Надо вытаскивать и эвакуировать раненых из головного дозора. Душманы тоже не слабо «накрошили». Многие дувалы давно пристреляны. Вот чем в свободное время они занимались, ведь базовый район их — рядом.

Командир отряда взял с собой пулеметчика с ПКМ сержанта Мирзагаева и его помощника. Вместе они закрепились на втором пригорке, где недавно был духовский расчёт из четырёх человек, откуда стрелял гранатометчик.

Лейтенант сделал первую попытку помочь раненым. Но понял, что без бронегруппы ему не справиться. А броня под руководством ст. лейтенанта Игоря Буги, который за свою службу бывал уже в разных переделках, мчалась на всех парах! Он знал, что от брони зависит жизнь всех бойцов. Бронегруппу вызвал командир РГ-423  л-нт Виталий Боков. Все это время он организовывал оборону в кишлаке с другой, меньшей, половиной отряда.  А также связался с огневой точкой ДШБ и в дальнейшем вызывал огонь приданной нам артиллерии.

Тем временем командир отряда подбежал к развалинам, где располагался головной дозор. Он стоял у края дувала, пули летели со всех сторон: под ногами, по бокам, над головой. Что-то невероятное, — как заговоренный стоял лейтенант. В голове у него была только одна мысль: «Спасти ребят, вытащить отряд из окружения! Он будто не слышал свиста пуль, не думал о спасении своей «шкуры». Где-то неподалёку был Жора Пасахович. Он тоже  хотел помочь командиру. Но без брони здесь  не обойтись. «Ребята, лежите за дувалом и не высосывайтесь!»— командир побежал навстречу подходящей колонне БэТээРов, ближе к основным силам отряда (около 100 - 120 метров). Туда подъехала броня из семи БТР-70. Командир отряда показал направления, чтобы правильно расставить машины. Броня, огонь КПВТ сделали свое дело. Огонь духов стал уменьшаться. Но «кусались» и «лаяли» они до самого конца эвакуации отряда.

«Результат» отряда оказался плачевным. Спецназ положил четверть сотни душманов, но и сам понес потери: погибли два разведчика-минера младший сержант Захарченко и рядовой Ткаченко, а трое бойцов из головного дозора  младшие сержанты Владимир Коргун,   Александр Горбунов и  рядовой Павел Рыбин были тяжело ранены.

В том бою сильный характер проявили молодые скромные ребята:  Лагутин и Ибадов. Старослужащие совсем по-другому стали к ним относиться. Молодые разведчики были приняты  в воинское братство.

…впоследствии в батальон поступила информация, что мятежники в том районе планировали организовать засадные действия против групп советского спецназа. Но в данном случае наш разведотряд их опередил.

Разноцветные душманы

В Афганистане ходили разговоры  про какое-то загадочное спецподразделение «Чёрные аисты».  Помню, когда моя РГСпН выдвигалась в район н.п.Сепест для устройства засады, старослужащие солдаты рассказывали, будто бы в первый год работы отряда, именно в русле около Сепеста, били духов в чёрной форме. Половину банды уничтожили. Вторая половина отстреливалась и вроде как убежала. Утром пришло время провести досмотр местности. Разведгруппа спустилась в русло. Но раненых духов не обнаружили. Лишь кое-где видны были пятна крови. Оставшиеся духи забрали раненых и стрелковое оружие…

Думаю, что в этих слухах много преувеличений. В Пакистане были учебные террористические центры, в которых обучали  душманов  для войны против советских частей. Их было несколько. Допустим,  что там в каждом отдельном центре была определена своя форма по цвету: в одном камуфлированная, в другом болотно-зелёная, в третьем чёрная… Для нас, разведчиков, они были просто душманами («душман» — враг, вражина). Нам не было разницы, с кем воевать: с белыми, с чёрными, с коричневыми..,— хоть с перламутровыми.

Солнечное  утро

20 апреля 1987 года. нежилой кишлак Сепест (второе название – Сепеч), где сходились русла и тропы. Три разведгруппы сидели в засаде, каждая на своем направлении. Около восьми утра со стороны Абчаканского ущелья показался не рядовой караван. такого старослужащие ещё не видели! его голова (около 30 верблюдов) завернула в просторный дувал ближайшего к горам кишлака Найкарай. Сюда же подтягивалась «нитками» по 20 – 25 вьючных, включая лошадей, и основная часть каравана, всего более ста… хвоста каравана не было видно…Сколько же их? Не сосчитать.

Лето (июнь-июль) 1987г. РГ-424 на дневке западнее кишлака Мулла-Бахадур (за Вагджаном). Слева-направо: мл.с-т Камил Мирзагаев, ряд. Олег Шевкунов («Старый»), ряд.Чубаров, рядовой…


«Проводка» (группа обеспечения проводки каравана, в данном случае,—несколько банд) подходила с разных направлений. Судя по всему, все силы стягивались к Сепесту, где проводники должны были получить команду на дальнейшее продвижение.

421-я группа во главе с командиром ст. лейтенантом Василием Саввиным начала бить проводников каравана со своей, левой(западной) стороны. Сразу после неё в дело вступила 422-я группа лейтенанта Павла Корчаки, которая открыла огонь по зашедшим в Сепест бандитам со своей, правой стороны. Духи попрятались в дувалах.

424-я группа, занимала хорошую позицию на высокой горе юго-западнее 422-ой, и пулеметом «Утес» обеспечивала общее огневое прикрытие. в бинокль было видно, как напуганные проводники пытаются завернуть караван в ближайшее ущелье.

В кишлаке Сепест духов, вроде как, уничтожили. На досмотр пошли разведчики группы л-та Корчака. Глиняных дворов было несколько…

…Еще рано утром командир РГСпН-424  послал проверить подозрительную тропу у подножия горы командира отделения с-та Пасаховича с двумя солдатами… По ситуации получилось так, что это отделение из трёх человек помогло 422-й группе уничтожить оставшихся духов.

… Георгий Пасахович (белорус)  подошёл ко входу в один из дувалов(дворов по-нашему). Напротив него стояла белая навьюченная лошадь. Жора уже намеревался переступить порог дувала. Но л-т Корчака, командир 422-й, остановил его за плечо и на досмотр пошёл первым. Никто из группы не  мог предположить, что за левой мазанкой  была небольшая пристройка.

…Очередь подкосила лейтенанта. Там были духи. Вполне возможно, что они пришли ещё накануне и поджидали караван в кишлаке. Душманы отстреливались. Тяжелораненный лейтенант упал на землю. С правой стороны от пристройки в 3-4 метрах стояло большое дерево, около 80-ти см. в диаметре. Огонь духов был интенсивным. Георгий бросил гранату в пристройку и вдогон пустил очередь из автомата. Ему удалось спрятаться за дерево и оттуда вести огонь.

Он попробовал вытащить лейтенанта. Но тот уже не дышал. Всё внимание переключилось на духов. Разведчики всё-таки вытащили общими усилиями своего офицера.  422-я, оказавшись без командира, потеряла управление. Вовремя подоспел командир 421-й РГСпН Василий Саввин, который взял старослужащих солдат  и продолжил обстрел противника. Но когда он проник во двор, духи заблокировали выход. Вася оказался в западне. Тонкие стены дувала простреливались даже из автомата».  Ему угрожала опасность…

…Командир 424-й РГСпН л-нт  Барышев  поставил задачу сержанту  для прикрытия отряда из НСВС. Нужно было самому разобраться, что там творилось в кишлаке? …Вовремя подоспел…

Евгений остановился у левого входа в соседний дувал, который был чем-то похож на правый. Только за правым порогом уже шла маленькая война. Василий кричал: «Ребята помогите! Ну, помогите же, кто-нибудь!» За левым порогом была неизвестность… Сержанты и солдаты стояли в оцепенении. Психологически они не решались переступить через этот порог. Только успели расположить пулеметный расчет у входа. Один из сержантов негромко сказал лейтенанту: «Это сможете сделать только вы». Долго не раздумывая, командир взял в левую руку автомат, в правую гранату Ф-1 и забежал во двор. Пробегая мимо стены, за которой был Саввин крикнул: «Потерпи немного, сейчас иду!» А сам тем временем побежал в сторону двух пристроек-мазанок. Кто знает, может со вчерашнего дня, там остались духи. Первая граната полетела вовнутрь комнаты. Взрыв, пыль, автоматные очереди по углам, все пусто. Также отработал во второй пристройке. А дальше был глиняный забор с небольшим уклоном в правом углу. Лейтенант посмотрел туда…За забором вроде никого…Хотя нет. Один дух бежал, петляя между извилинами русла, в сторону гор и ущелья. Командир выстрелил из автомата. Душман бежал дальше. Лейтенант скомандовал пулеметчику. Но пулеметная очередь  не догнала духа… Лейтенант вернулся к злополучному забору: «Вася, я здесь!» Стрельба духов с той стороны забора усилилась. Пули летели через стены маленькой пристройки, как через решето. Василий забежал в угол. «Братишка» протянул ему автомат прикладом вниз. Василий вначале ухватился за приклад, а затем за локоть товарища. В самое время успел преодолеть забор. Присел на корточках, немного отдышался…Работы осталось немного. Со стороны крыши лейтенанты прострелили дыры автоматными очередями, а затем забросали духов гранатами. Последние моджахеды были уничтожены.

Среди душманов оказался немецкий доктор. Он был одет в афганскую национальную одежду, и с «моджахедовской» бородой. При нём нашли  фотографии с пейзажами тихой и спокойной Германии в кругу жены и детей. И что ему дома не сиделось?

Командир 422-й РГСпН Павел Корчака погиб. Солдаты не могли в это поверить. Совсем недавно их командир был живой и лежал за камнями бойниц вместе с ними. Вместе шутили, из одной банки ели консервы, из одной фляги пили воду, вместе мечтали… о будущей мирной жизни…

Тело командира 422-й РГСпН положили на борт прилетевшего вертолета Ми-8. Солдаты стояли на краю русла и не могли сдержать слёз, когда вертолёт, наклонив нос к земле,  начал удаляться в направлении Кабула. Автоматчики подняли  стволы автоматов вверх  и дали прощальный салют,  последние почести своему командиру.  Слава тебе, Командир! Слава!

… Прошло много лет… наше время… Владимиру Воробьеву из Германии передал привет какой-то доктор: «Спецназ в Афганистане хорошо воевал…»(?)

Цена ошибки

Апрель 1988г.

Облетная группа во главе с замкомбатом Виктором Головко (белорус) и замкомроты Василием Саввиным в первой вертушке, командиром 421 РГ Владимиром Шелогуровым во второй вертушке полетели «на облет» в сторону Газни. Необходимо было посмотреть горные перевалы между двумя провинциями. Заодно слетать в соседний Газнийский отряд спецназ: Уточнить обстановку, поделиться опытом. Сравнить жизнь, быт и организацию боевого планирования.

Утром 17-го апреля облетная группа возвращалась вдоль газнийской дороги (Кабул-Газни) в сторону ППД. Уже начали поворачивать  на Бараки. И, вдруг, обнаружили  караван 15-20 вьючных животных(верблюды, ишаки). Обычное дело досмотр. Духи шли не спеша. Ничего не предвещало беды. Спецназ налетел тут как тут.

Досмотры всегда проводились быстро. А здесь были явные духи, со стрелковым оружием! И при этом начали «огрызаться», отстреливаться из автоматов и гранатометов. Первым заходом две «Восьмерки» (Ми-8) и два «Крокодила» (Ми-24) нанесли первое поражение духам из своего штатного вооружения. После первого круга Ми-8 с двумя подгруппами сели на перевале для досмотра каравана и уничтожения оставшихся еще в живых духов. Первая подгруппа была уже совсем рядом, около 30 метров от забитого каравана. Разведчики продолжали стрельбу. Необходимо было досмотреть караван и добить раненых духов, если такие еще оставались.

Но с пилотами Ми-24 случилась какая-то нестыковка. Вертушки огневой поддержки сделали боевой заход и отстреляли боекомплект. РГ была рядом у каравана! Разрывы от снарядов НУР зацепили практически обе подгруппы. На первую подгруппу во главе с замкомбатом Виктором Головко обрушился шквал ракет. Казалось, такое удачное начало, а дальше было ужасно… Этот облет закончился большой трагедией. Практически все разведчики были контуженными или ранеными. С горечью и печалью отреагировали военнослужащие и служащие нашего отряда, услышав по радиостанции в ЦБУ печальное известие о «результатах» боя.

Караван был уничтожен, но разведчики «заплатили» за него слишком дорогую цену. Там, на поле боя, скончался тяжело раненый майор Виктор Николаевич Головко(белорус, похоронен в г.Борисов). Слава Герою!

В ППД батальона также поступила информация, что также погиб замкомроты ст. л-т Саввин В.И. Его вместе с Виктором Головко вертушками отправили на Кабул. Последний путь: госпиталь-морг.

Печальное известие дошло до разведчиков родной 2-ой роты. Командир 424 РГ  в это время стоял у каптерки (палатка старшины роты). Слезы начали накатываться на глаза. Спазм подошел к горлу, пошли первые похлипывания. Все напряжение, которое накопилось у лейтенанта за всю его непродолжительную службу в Афганистане, перешло в молчаливое рыдание (это был уже второй погибший офицер роты, это не просто боевой товарищ, а воинский брат «крещенный» на поле боя). Старшина Леня Сапронов взял лейтенанта за рукав и потащил в каптерку. Из термоса кружкой зачерпнул какой-то жидкости и сунул лейтенанту под нос: «Пей!» Командир группы молча залпом выпил всю кружку. Брага медленно начала расходиться по крови, выводя командира из столь необычного состояния. Лейтенант обмяк, сел на табуретку в каптерке. Старший прапорщик налил вторую кружку…

Вечером в комнате замкомроты Саввина собрались его сослуживцы, чтобы помянуть Василия. Пришли офицеры и женщины батальона, принесли фотографию замкомбата Виктора Головко. На стене висела маленькая «рамка» (отрезанный кусок ватмана) с фотографией В.И.Саввина и описанием его подвигов. Рядом с ней расположили фотографию Виктора Головко.

…Утро следующего дня было солнечным, но не радостным. Отряд поднимался по своему распорядку дня. На душе будто «кошки скребли». Ничего не хотелось делать.

И тут… из ЦБУ донеслись радостные крики: «Васька живой!» Командир РГ-424 пошел на ЦБУ узнать, что за информация гуляет по батальону. Радости не было предела! Ваську мы похоронили. Но оказалось, что он был контуженный, лежал и ничего не соображал. Кровь текла из щеки, второй осколок вырвал на бицепсе кусок мяса. Васька был весь в крови. Первоначально подумали, что он погиб… Но не тут-то было… Его госпитализировали. Не прошло и месяца Василий Саввин вернулся в свой батальон для дальнейшего прохождения службы…Жизнь продолжалась…

А «рамку» с фотографией, где черная полоса наискосок, пришлось подарить Васе на память.

…Было такое мнение (это касалось всех афганских сражений), что ни какая результативность не может оправдать потерю своих подчиненных. Если в бою при уничтожении каравана или банды погибали разведчики, то вспоминали не результат, а боевые потери…

Ошибки — это тогда, когда были боевые потери.

Недостатки — это тогда, когда результат мог бы быть больше.

Боевые действия в Афганистане не стоит сравнивать с Великой Отечественной, когда за жизнью человека стояла Родина. И кому-то нужно было за неё умирать … В Афгане были ситуации, когда за жизнью человека стояла другая жизнь. Продолжение следует

 

Просмотров: 1568 | Добавил: Администратор

 
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

 
В огне сражений выкован спецназ, Победы дух доступен лишь для нас. Мы защитим от бед родимый дом И славу поколений сбережём.

Бригады дух могуч, непобедим, Своих Героев подвиг славный чтим, Герои те в сердцах у нас горят- Бессмертен подвиг храбрых тех ребят.

Припев Шагай, бригада, гордою стопой, Железный дух твой славен боевой, Присяге будем мы всегда верны, Спецназ - надёжный щит родной страны.

Наш почерк ярок, дерзок и незрим, На страже Беларуси мы стоим, Всегда мы там, где лютый ураган, И песня боевая, и Афган.

В огне сражений выкован спецназ, Победы дух доступен лишь для нас. Мы защитим от бед родимый дом И славу поколений сбережём.








        Рейтинг Военных Сайтов Каталог TUT.BY    

+